Присваивать выручку в сети пончиков сначала казалось лёгким способом заработать. Камеры не работали, списания никто не контролировал, наличные проходили мимо кассы. Но со временем быстрые деньги начали превращаться в чувство вины и внутренний конфликт.
Как мелкое мошенничество на работе превратилось в внутренний конфликт
В старших классах я работал в одной крупной пончиковой сети в США.
У меня была схема, по которой я каждый вечер клал себе в карман немалую сумму денег.
Всё началось после того, как мне влетело за то, что я отдавал вчерашние пончики в приют для бездомных. Они приходили утром и забирали целыми мешками продукцию, которую мы больше не собирались продавать. Но однажды мой босс запретил так делать, ссылаясь на указания сверху.
Люди из приюта пришли, а я был вынужден им отказать. С тех пор мы просто выбрасывали тонны пончиков каждый день. И главное никто не отслеживал, сколько именно мы выбрасываем. Это могло быть 5 штук, а могло быть 5 стеллажей.
Мошенничество на работе
Именно по этой причине моя схема работала: никто не следил за списанной продукцией. Тогда дюжина пончиков стоила примерно $6.85, две дюжины — $11.50. Большинство покупателей платили наличными. Считать сдачу было легко, потому что чаще всего покупали одну или две дюжины. Плюс, в течение двух лет не работала камера и касса на окошке для автомобилей.
Так что 90% времени я просто открывал кассу вручную, выдавал пончики и сдачу, а деньги оставлял себе. Только если кто-то просил чек, я быстро пробивал покупку.
Касса никогда не была «в минусе», потому что транзакция просто не фиксировалась.
Нас не штрафовали, если в смене не хватало суммы до $5, а у меня всегда всё сходилось. Узнать, что я продаю пончики и забираю деньги, было невозможно. Потому что у нас каждый день списывалось огромное количество продукции без учёта.
Лёгкие деньги
Продажи, конечно, проседали, но только внимательный и компетентный менеджер смог бы это заметить — а мой таким не был. Кажется, в среднем я уносил с собой $100 за смену.
Так продолжалось около полутора лет, пока я не уехал в колледж. А еще мы перестали работать 24/7 (ночная смена у нас была вообще дикая). А я придумал новую схему: в течение получаса после закрытия, пока мы убирались, я садился снаружи у окна для авто и продавал дюжины пончиков за $5 только наличными. Легко зарабатывал ещё $20-50 за полчаса.
Мошенничество на работе
Клиенты были только рады.
а) что вообще можно было что-то купить
б) что это дешевле обычной цены.
А ещё, когда я увольнялся, я забрал около десяти огромных алюминиевых стеллажей, на которых пончики выкладывались после жарки, и сдал их на металлолом. Они у нас почти не использовались и многие были сломаны, но я, если честно, разрешения ни у кого не спрашивал.
Чувство вины
Спустя некоторое время после увольнения я стал чувствовать угрызения совести и пожертвовал деньги тому самому приюту, которому мы перестали отдавать еду. Правда, сумма была явно меньше того, что я присвоил.
Раскаяние
Присваивал выручку в сети пончиков. Сейчас я стараюсь быть намного лучше, чем был тогда.
Изменено: к слову о «бедном» владельце франшизы, у которого я забирал прибыль. За всё время моей работы он появился в магазине ровно один раз. И он даже не жил в этом городе.
Насколько я помню, у него было что-то около 50 миллионов. Похоже, что мне на него насрать было ровно так же, как и ему на меня.
Читать далее — Иногда проблему нельзя решить быстрее — но её можно сделать